Забытый батальон: «Первая рота». Часть вторая

Несмотря на клятвы руководителей МО «Сертолово Ленинградской области», которые произносятся каждое 9 мая на воинском мемориале, расположенном напротив бывшего Сертоловского промышленного комбината, о том, что фамилии всех героев будут названы поимённо и увековечены в «бронзе и камне», спустя без малого семь десятилетий не назван целый батальон (до трёх сотен фамилий фронтовиков), которые упокоены на данном погосте.

БИБЛИОТЕКА ВИЦЕ-ГУБЕРНАТОРА

Никаких трудностей в том, чтобы восстановить истину в отношении красноармейцев, сержантов, политруков и т.д., погибших на фронте или умерших в госпитале и похороненных по указанному автором адресу, нет и не было. Для выполнения своего долга перед поколением фронтовиков нет необходимости оббивать пороги архивов и военкоматов. Один из способов – собрать список воедино – известен не только краеведам. О нём знают в городской администрации. Но перед раскрытием интриги, я расскажу одну историю, датированную летом прошлого года.

Алексеев М.Т. 004В июне мне позвонил мой знакомый, директор пекарни в Дранишниках Андрей Буров. В свою очередь Андрея Николаевича побеспокоил один из бывших вице-губернаторов правительства Ленинградской области «призыва» Валерия Сердюкова. Товарища попросили освободить от личных вещей служебный кабинет в здании регионального правительства.

Среди «личных вещей» оказались книги. Буров в силу знакомства с бывшим чиновником пообещал «зачистить» служебные метры от фолиантов, которые оказались не нужны «гвардейцу» Сердюкову. Я же согласился принять служебную библиотеку экс-вице-губернатора в дар.

Мной двигало не только любопытство: что читают чиновники на Суворовском в обеденный перерыв? Расчёт был на хороший вкус бывшего «придворного».

КНИГА ПАМЯТИ: ЛЕНИНГРАДСКАЯ ОБЛАСТЬ

Разгружали багажник автомобиля Бурова долго – от экс-вице-губернатора Андрей Николаевич привёз несколько десятков томов «Книги памяти: Ленинградская область», которую более десяти лет издают при поддержке губернатора и областного правительства. Проект широко известен, предположу, что многотомник представлен в большинстве библиотек Ленинградской области, военкоматах.

Главная задача, которую решал авторский коллектив, состояла в том, чтобы назвать фамилии и иные биографические подробности тех, кто погиб при защите Ленинградской области, а также тех, кто был призван в ряды действующей армии из нашего региона, но погиб (умер) за пределами малой родины.

Иванов А.Ф. 003А когда Андрей Николаевич, не дождавшись от меня благодарности – всё же «Книга памяти» не для домашней библиотеки – уехал, я открыл том №32, который оказался на самом верху высокой стопки.

НЕИЗВЕСТНЫЙ СПИСОК СЕРТОЛОВО

И сразу стало интересно. Потому, что на стр. 57 тома прочитал: «Некрасов Георгий Алексеевич, 1915 г.р. В/ч 92 СД, 456 СП, красноармеец, миномётчик. Умер от ран 18 августа 1942 г. Похоронен: Ленинградская обл. Всеволожский р-н, г.п. Сертолово».

И далее, стр. 60: «Носартынов Гильдофан, 1896 г.р. в/ч: 317 СП, 92 СД; красноармеец, стрелок. Умер от ран 21 июля 1942 г. Похоронен: Ленинградская обл., Всеволожский р-н, г.п. Сертолово».

Стр. 62: «Оноприенко Николай Титович, 1922 г.р., в/ч: 845 ИАП; сержант, пилот. Погиб в бою 23 июля 1942 г. Похоронен: Ленинградская область, Всеволожский р-он; г.п. Сертолово».

Стр. 63: «Осоргин Михаил Егорович, 1909 г.р., в/ч: 203 СП, 92 СД; красноармеец, стрелок. Умер от ран 22 июля 1942 года. Похоронен: Ленинградская область, Всеволожский р-он; г.п. Сертолово».

Стр.: 65: «Павлюченко Петр Яковлевич, 1907 г.р., в/ч: 60 АП, 92 СД; политрук. Погиб на фронте 20 апреля 1942 года. Похоронен: Ленинградская область, Всеволожский р-он; г.п. Сертолово».

Стр. 65: «Панкин Иван Васильевич, 1922 г.р., в/ч: 317 СП, 92 СД; мл. сержант, командир отделения. Умер от ран 8 апреля 1942 года. Похоронен: Ленинградская область, Всеволожский р-н, г.п. Сертолово.

Усков Н.А. 005В одном томе «Книги Памяти» я, конечно, фамилии трёх сотен неизвестных мне красноармейцев, политруков, сержантов и т.д., похороненных в Сертолово, не обнаружил. Набралось несколько десятков человек. И почти все обнаруженные в данном конкретном томе фамилии фронтовиков нельзя прочитать ныне на могильных плитах, памятниках, групповых захоронениях, крестах и т.д. воинского кладбища в Сертолово.

Написать, что данные фамилии утеряны было бы совершенно неправильно. Они, как и сотни других фронтовиков по Сертолово известны по архивам, Книгам памяти, электронным фондам, но… не увековечены по именам – как должно быть и по закону, и по нравственному коду – на мраморной плите на месте захоронения.

ПЁТР ЯКОВЛЕВИЧ ПАВЛЮЧЕНКО

Можно ли доверять «Книге памяти: Ленинградская область»? Безусловно. В основе её издания лежит кропотливая работа в архивах. Могут ли быть какие-то неточности? Конечно. Авторы издания в предисловии к упомянутому мною тому сами в этом признаются.

Собственно и я обнаружил некоторые нестыковки. Например, по фамилии политрука Петра Яковлевича Павлюченко. Проверил запись «Книги памяти» по электронному архиву «Мемориал» (от авт. – это ещё один источник, даже более достоверный и полный, по которому можно составить пофамильный список фронтовиков, похороненных на Сертоловском военном кладбище). По фамилии — имени – отчеству и дате смерти Павлюченко разницы в записях в двух источниках нет. Но архив  «Мемориала» указывает на службу политрука в штабе 20 СД НКВД вместо 92 СД, которая указана и в «Книге памяти».

Но не это самое главное. В архивном «Именном списке безвозвратных потерь начальствующего и рядового состава АРТ 20 дивизии (от авт. – «Мемориал» опубликовал подлинник документа) указана иная причина смерти — умер в медсанбате (от авт. – в «Книге памяти» — «погиб на фронте 20 апреля».

Именной списокИстория смерти и похорон Петра Яковлевича, как и сотен других, не увековеченных пока героев на воинском захоронении в Сертолово, ещё ждёт своего исследователя. Финал может быть весьма любопытен. Ведь известен адрес: Ленинград, Васильевский Остров, 11 линия, дом №22, кв. 55, в котором жил Павлюченко до войны, и с которого член ВКП (б) был призван Дзержинским РВК в действующую армию. А что, если по данному адресу до сих пор живут его родственники? А почему бы и нет?

А ещё интересно было бы узнать, при каких таких обстоятельствах был ранен политрук 5 батареи в апреле 1942 года? Ведь линия фронта к тому времени стабилизировалась. И при каких обстоятельствах политрук оказался на переднем крае? И что представляла собой 20 СД войск НКВД в апреле 1942 года?

И вот, когда начинаешь «копать» глубже, то оказывается, что больших разночтений между архивами «Мемориала» и «Книгой памяти» нет. Даже по фамилии Павлюченко. На 26 ноября 1941 года – после участия в кровопролитных боях за Ленинград — в дивизии НКВД насчитывалось только около 2 500 человек (из почти девяти тысяч), и она была выведена с передовой на доукомплектование. До февраля 1942 года дивизия восстанавливалась в Ленинграде, затем сменила части 198-й мотострелковой и 291-й стрелковой дивизий на Карельском перешейке, на участке Белоостров — Лемболово, где и стояла в обороне до переформирования. 15 августа 1942 года по постановлению ГКО № 2100 от 26 июля 1942 года и директивы Генерального Штаба Красной Армии № орг/2/2172 от 2 августа 1942 года передана в состав РККА и переформирована в 92-ю стрелковую дивизию. И всё же архив «Мемориала» по данной фамилии более точен.

Но и это ещё не всё. Сертолово апреля 1942 года, когда на поселковом погосте был захоронен Павлюченко, пускай и не глубокий, но тыл. Пётр Яковлевич при своей должности «политрук 5 батареи» и воинском звании «политрук» всё же должен был «рассчитывать» на одиночное захоронение, а не братскую могилу? Почему его могилу не найти? Или всё спишем на время? Или виноваты люди с короткой памятью?

А в именном списке потерь 20 СД НКВД за период с 20 апреля по 5 мая начальником штаба подполковником Расторгуевым и старшим батальонным комиссаром Платоновым вписана ещё одна фамилия из сертоловского списка – старшего разведчика–наблюдателя первой батареи Николая Ивановича Сабурова. Данную фамилию также нельзя прочитать на военном мемориале: ни в камне, ни в бронзе. А тем более услышать.

ЗАБЫЛИ?

Именной список №13Или другая история.

В качестве иллюстрации к данной статье публикуется именной список потерь №13, безвозвратных потерь сержантского и рядового состава 21 армии с 20 июня по 1 июля 1944 года (от авт. – в список «задним числом» включены и те, кто погиб ранее указанного периода).

Фамилии – имена – и отчества Александра Фадеевича Иванова (погиб 19 мая 1944 года), Михаила Тихоновича Алексеева (погиб 27 мая 1944 года), Николая Александровича Ускова (погиб 7 июня 1944 года) высечены на камне центральной аллеи Сертоловского воинского кладбища.

Напишу даже больше. На погосте сохранились могилы Иванова, Алексеева, Ускова, памятники в хорошем состоянии. Фамилии фронтовиков выбиты и на граните центральной аллеи. Получается, что товарищей увековечили дважды.

А погибшего 29 мая 1944 года и похороненного рядом со своими товарищами старшего сержанта Сергея Петровича Десяткина — нет. Не сохранилась и одиночная могила фронтовика.

Тогда в чём смысл слов на публику: «Никто не забыт, ничто не забыто»?

(продолжение следует)

Сергей ТОПЧИЙ

comments powered by HyperComments