Николай Прокудин. «Прощай, Германия!»

В мае, в питерском издательстве «Алитейя» выходит новый роман сертоловского прозаика Николая Прокудина.

Прокудин – по преимуществу, военный писатель. И главные книги его написаны о войне. Участник боев в Афганистане, политрук батальона, он долго оставался верен теме «Неизвестной войны», сведения о которой доходили до центральной России почти только «грузом 200». Его трилогию «Постарайся вернуться живым!» («Романтик, «Звездопад», «Конвейер смерти») вряд ли сыщешь сегодня на прилавках книжных магазинов. Он принадлежит к офицерскому братству «Афгана» и пишет о войне и об армии без сантиментов: сурово и насмешливо, как умные люди склонны говорить только о самих себе или о чём-то близком. Это – интонация «окопной правды», которая отличала «лейтенантскую прозу» Великой Отечественной…

Бойцы стоят над мёртвым афганцем, который только что обстреливал их и мог поубивать их всех.

«Старшина стоял рядом, трясся всем телом, цокал языком и бормотал что-то невнятное. Затем чуть успокоившись, снял каску с головы и вытер пот со лба.

– Я не знал! – воскликнул Рамзан громко. – Стрельнул – он упал!
– Что ты не знал? – спросил командир роты.
– Не видел, что это малчык! — Малчык! Сапсэм малчык! — Не убей ты его, тогда бы он убил Эдуарда!» – Сцена почти в начале книги. Эдуард Громобоев – главный герой книги.

«Войну нельзя полюбить, это неправильно и аморально, но к ней можно привыкнуть» Однако… «Сколько бы ни шла война с любой войны солдаты всегда рано или поздно возвращаются домой, по крайней мере, те, кто остался в живых…» И у них начинаются новые проблемы. Эта книга уже о «настоящем конце большой войны» – о конце 80-х, о распаде Союза, о выводе войск из Германии, о надеждах и о крушении многих надежд… Но это – с точки зрения исторических событий, которых касается книга: два романа, связанные одним героем. А главное в книге – тема: «”Эх, тяжело быть правдолюбцем”, — подумал Эдик, ускоряя шаг».

Эдуард Громобоев, Эдик, судьбой во многом напоминает автора. «Так вот, повторюсь, рассказываю вам, чистейшую правду, хотя события могут показаться неправдоподобными и невероятными», – так уверяет нас автор, и у нас есть все основания верить ему. Роман автобиографичен несомненно, и автор не склонен это скрывать.

«Карьеристом Громобоев был неважным, так уж вышло, нынешний бурный рост – это череда нелепых служебных случайностей, а также военная доблесть и ранения. Но иногда даже в выверенном механизме такое случается, проскакивает сорное семечко сквозь мелкое сито.

– Товарищ генерал! Вернее, товарищ коммунист Никулин! Вот вы в своём выступлении обронили…
– Я ничего не ронял! – сказал, как отрезал, генерал.
– Э-э-э… Обмолвились… что аппарат политуправления не знал как провести демократическим путём выборы на партийную конференцию. Это удивительно и даже странно слышать, нам, рядовым коммунистам. Не знали… тогда, спросили бы у нас, у низов, мы бы, может, подсказали, как!..»

С этого эпизода пошло крушение карьеры «заслуженного афганца» Громобоева. Генерал начинает преследовать его. «Выручило эхо войны – догнал третий орден «Красной звезды», который свалился, как снег на голову. В канун празднования Дня Советской Армии и Военно-Морского Флота СССР из управления кадров сообщили о награде и велели вручить в торжественной обстановке, пригласить школьников и армейскую прессу».

В итоге всех перипетий, вместо увольнения из армии, герой появляется в Германии, в Советской группе войск, которая заканчивает свое пребывание здесь в связи с крушением ГДР и Берлинской стены. «Ссылка в Германию». Эта «ссылка» становится для героя ещё одним испытанием на прочность. Ибо он вдруг оказывается среди людей, заболевших почти неправдоподобной жаждой наживы: страстью, долгое время плохо обеспеченных, и, в общем, неплохих людей что-то наверстать, откусить свой кусок, прихватить, припрятать, для себя… Жаждой, которая вскоре, пусть на время, охватит почти всю страну. И тут начинает проступать почти главный мотив всей дилогии: нужно остаться самим собой – даже среди всеобщего хаоса и безумья!

Срочный вывод, похожий на отступление, почти в беспорядке – армии, которая не проиграла бой – какими бы важными или благородными причинами это отступление ни объяснялось, выглядит всё равно трагично в книге. И написано автором как трагедия. «Громобоев вылез из «Урала» и увидел сюрреалистическую картину: тягач втягивал на платформу следом за собой стянутый с полкового постамента «Т-34». У «памятника» были заварены сваркой катки и траки, поэтому он не двигался, а полз и бороздил гравий и бетон, словно цеплялся за последний плацдарм и не желал покидать Германию, завоёванную им в далёком прошлом…»

В итоге, «мятежный капитан» Громобоев, во время командировки вдруг оказывается в Москве (куда рванулся из Уссурийска)… среди защитников Белого дома. Но и после «победы демократии» отношение к нему в военной среде остаётся тем же самым… «Вот прислал Бог подарок из Афгана! Нахал! Осмелели там на войне!» (Про этих «осмелевших на войне» после 45-го, помнится, тоже говорили!)

«Понемногу увлёкся и добрался до финала, – рассуждает автор. – Приехал, а страны не узнать! Советский Союз уже распался, на его месте образовалось пятнадцать новых государств. Во многих бывших республиках было неспокойно, пахло порохом, а Кавказ уже вовсю «пылал»… А как быть дальше? Что делать моему герою? Вернуться назад в сытую и спокойную Германию? Скрыться на её просторах, как это сделали сотни офицеров, прапорщиков и их семей? Конечно же, ни в какой Германии наш герой не остался, совесть офицера не позволила».

Осталось принять командировку на очередную войну. В Таджикистан. На границу с тем самым Афганистаном, из которого он не так давно вернулся… Он и принимает этот вызов времени. Сколько ещё войн выпадет на его долю?..

В дилогии Прокудина много юмора – хоть юмор этот не то, что грустный – невесёлый. Много открытой иронии над собой, над окружающими и вообще – над миром. В ней есть живая человеческая судьба, судьба Солдата Отечества, много ярких эпизодов и много любви к этим людям в военной форме. Хоть некоторых из них автор корит, а иных – ох, как не одобряет! Что ж!… Он – военный писатель, и мог бы повторить вместе с Толстым: «Герой же моей повести, которого я люблю всеми силами души… и которого хотел воспроизвести во всей красоте его… – правда». Писатель верен этой мудрости – такой простой и такой сложной в осуществлении.

Книга Прокудина – непростая книга. Но одно точно можно сказать про нее: она будет читаться!

Борис ГОЛЛЕР
Прозаик, драматург, член Союза писателей Санкт-Петербурга и Союза российских писателей

comments powered by HyperComments